humanitarius: (Default)


Вот один из промежуточных подходов
 

Гравюра 1697 г.

 

Вообще тут этой красоты очень много

humanitarius: (Default)
Собственно, критика военной реформы - дело немудрящее. Скажем, заслуженный военно-политический дезинформатор  русского Интернета  занимается этим давно и с преизрядной хлесткостью, ссылаясь на тайные источники в глубинах Министерства обороны. Ну, ему виднее, где он говорит правду, а где - ведет информационную войну,  продолжая славные времена рамзайства.  
 
Но тут вот какое дело.
Сердюков хочет иметь 40 общевойсковых бригад, а всего - 80 бригад.
Американцы намерены иметь 48 боевых бригад: 
19 тяжелых = Heavy Brigade Combat Teams (+8 в Национальной гвардии);
6 "Страйкер" = Stryker Brigade Combat Teams  (+1 в Национальной гвардии);
13 пехотных = Infantry Brigade Combat Teams (+19 в Национальной гвардии);
6 парашютно-десантных = Infantry Brigade Combat Teams (Airborne);
4 воздушно-штурмовые = Infantry Brigade Combat Teams  (Air Assault).
6 aртиллерийских = Fires Brigades (+7 в Национальной гвардии);
11 армейской авиации = Combat Aviation Brigades (+8 в Национальной гвардии)
Еще бригады разведки, инженерные, тылового обеспечения и т.д.
Т.е. американцы при неизмеримо большем бюджете и колоссальных геополитических амбициях считают возможным содержать боеготовыми только 48 боевых бригад, из которых только 19 можно рассматривать как серьезную ударную силу, с танками, БМП и самоходными гаубицами. Не считая Корпус Морской Пехоты, естественно, - но это случай особый.
Наши же генералы намерены иметь 40 бригад. Учитывая масштабы нашей разрухи и разницу в военных бюджетах - немало.

И вот какой возникает вопрос.
А есть ли у нашей антимебельной оппозиции конструктивные предложения по реорганизации армии? Светоч патриотической военной мысли генерал И.Н. Родионов прославился, например, намерением
сократить ВДВ до 2-3 бригад, а будучи министром сокращал разведывательные подразделения.  Конкретных же шагов по реорганизации армии он вроде как не предлагает, все больше о борьбе с еврейским фашизмом.

А что-нибудь более конкретное у критиков господина Сердюкова имеется?


Где-то так
humanitarius: (Default)

...увидев стоящего на одной ноге и при этом радостно улыбающегося солдата с автоматом на вытянутых вверх руках я узнал, что "джек туран", то есть старший капитан таким образом наказал его за какую-то мелкую провинность. На мой вопрос, что ему было бы за более серьезное нарушение воинской дисциплины, солдат простодушно ответил мне, что за это командир бы ему устроил "ж..... кантрол", то есть гомосексуальный контакт. Аналогичному "кантролу" по рассказам афганских офицеров, подвергается все вновь прибывающее на заставу молодое пополнение. Кстати, это весьма широкораспространенная в Афганистане традиция, которая считается вполне нормальным явлением и сохранилась она, я думаю, чуть ли не со времен владычества в этих краях греков

А мы жалуемся, что в армии дедовщина. Радоваться надо, что у нас в стране мусульмане пока что в меньшинстве

Где-то так

humanitarius: (Default)
Давно известно, что Большая Россия в миниатюре включала в себя всю Землю
Нашей Европой была Прибалтика (а когда-то - и Финляндия и Польша), Средиземноморьем - Крым.

Закавказье - наш сегмент Ближнего Востока.   
И глядя на внушающее изумление поведение Грузии надо вспоминать не Германию или Польшу, и тем более не Чечню. 
Вспоминать надо Египет,  причем Египет не нынешний, а насеровский. 
Переживший недавнюю революцию, возлавляемый харизматическим вождем, одержимый националистической истерией. 
Пользующийся сочувствием  европейской интеллигенции  и  прямой и недвусмысленной поддержкой могущественного союзника - СССР.  
С раздутой не по возможностям экономики армией и изрядным репрессивным аппаратом. 

В 1960-х гг. они  непрерывно провоцировали напряженность на своих границах, вынуждая соседа к военным акциям. В 1967 г. они нарвались и внушительная египетская армия была за несколько дней разгромлена количественно слабейшей, но заметно превосходящей по классу армией Израиля.
И тоже рассказывали о десятках сбитых самолетов, тоже сообщали народу о блестящих победах, тоже ударились в беспорядочное бегство, когда враг разгромил их ударные группировки. 
И президент тоже униженно обращался к державе-покровительнице, втягивая ее в прямое противостояние со своими врагами, тоже выступал на многотысячном митинге перед возбужденной толпой, тоже говорил о вероломной агрессии и победе освободившейся нации над угнетателями. 
Да, и территории, которые они хотели отвоевать, тоже, разумеется исторически им принадлежали. Где-то со времен Нового царства. 

Разумеется, СССР вложился и воссоздал Египту его армию. И в 1973 г. ее опять разгромили.  

Израильтяне побеждали арабские коалиции с напряжением всех сил страны. Интересно, когда до грузин дойдет, что они связываются с державой, которая способна их раздавить без всякой мобилизации, силами одного округа? И когда поймут американцы, в какую бездонную дыру уходят их деньги?
humanitarius: (Default)
Воюют за хорошую Родину, а не за Родину вообще

А если на Родине не все так замечательно, то за нее, видимо, и воевать не стоит.  А если было не здорово, но люди все равно воевали - значит, надо наврать, что все было хорошо - иначе за что воевали-то? 

Пойду помою руки

humanitarius: (Default)
Четверть века назад начинающий артист (на самом рубеже столетий добившийся изрядной популярности) дебютировал в телеконкурсе «Песня года». Он выступил с романсом на стихи из черновиков Маяковского. Эти стихи известны под условным названием «Неоконченное». Там есть, в том числе, и горькие строки про «любовную лодку», впоследствии повторённые поэтом в предсмертной записке. Возмущённый таким ходом С.В.Образцов ответил певцу и композитору в «Советской культуре» статьёй «Так нельзя» (она перепечатана в воспоминаниях режиссёра).
У Образцова перед глазами был живой, но угасающий, ломающийся Маяковский; он помнил, как пришла весть о смерти поэта и как «потом появились эти строчки». Конечно, авторы номера хотели, как лучше; с Образцовым следовало бы поспорить. Однако не таковы были порядки: мастер лишний раз вошёл в историю искренней позой, а начинающим достались неприятности.
Но сейчас я жалею, что не находится знаменитого мастера, который бы воскликнул: «Так нельзя!» – и его бы услышали. В том числе, и распорядители главных эстрадных концертов страны. Дело в том, что уже не первый год на День Победы бросаются в глаза бестактные выходы молодых артистов, лихо исполняющих песни военных лет. Понятно, когда за такое дело берётся глубокий Хворостовский, тем более – помнящие войну Кобзон и Гурченко. Эти люди понимают скорбность самых весёлых военных песен и доносят её до мало-мальски внимающего слушателя. Допустим, такое дело можно поручить и поездившим по горячим точкам Расторгуеву и Шевчуку. Думаю, читатель вспомнит и других артистов, достойных подобного доверия.
Но когда на сцену выскакивают блескогубые девицы и молодые люди с манерной небритостью, когда они с блудоватыми улыбками, с телячьим восторгом начинают петь, что им… Неудобно цитировать. Да ещё наряжены они в полевую форму – не в какие-нибудь символико-патриотические костюмы для сцены, а в настоящую, пускай не всегда правильную, полевую форму Великой Отечественной. Что, кроме стыда, можно испытывать перед ветеранами, приглашёнными на это действо? Понимаю своего отца, человека 1947 года рождения, который увидал актёра Марата Башарова в первых тактах ледового «Офицерского танго» и пробурчал: «Терпеть этого не могу!» Понимаю, почему мне самому поначалу неловко было смотреть с моими родителями этот блестящий номер, полный любви к поколению их родителей. Если раньше наблюдать за экспериментами на военную тему было боязно, то теперь просто жутко – какую ещё гадость выкинут?
Уважаемые девочки и мальчики! Не путайте актёрское священнодействие с плясками ряженых. Не трогайте того, что вам не по чину, чтобы не сказать «не по рылу». Не надевайте шутки ради вещи, залитые кровью. Не пойте военных песен, ни скорбных, ни, тем более, весёлых, если не можете выразить, сколько горя стоит за этой давней радостью.
Уважаемые распорядители! Есть номера, поручаемые лишь лучшим. Не всякому вы доверите реквием или поминальную молитву. Каждая из знаменитых военных песен – реквием. Каждая вобрала в себя скорбь о павших и о людях, ушедших из жизни за минувшие десятилетия – уже о целых поколениях, которые радовались этим песням и плакали под них 


Где-то так
humanitarius: (Default)
Отсюда

"Первый сухой сезон после войны пришел на территорию тыловой базы Каньбак фронта Б3 незаметно, но с опозданием.
Уже прошли сентябрь и октябрь, потом и ноябрь, а поднявшаяся от дождей вода по-прежнему продолжает заливать берега реки Иа Кронг Поко. Погода никак не может установиться. Днём печёт солнце. Ночью льёт дождь. Мелкий, но всё-таки дождь...
Дождь... Выцветшие горы и беспросветные дороги, уходящие вдаль. Промокшие деревья. Безмолвный пейзаж. По вечерам – клубящаяся от испарений земля. Зелёное море пара, источающее запах гниения.
И, до самых первых дней декабря лесные дороги так и утопают в грязи, разбитые, заброшенные мирным временем. Кажется, что дороги становятся непроходимыми, постепенно расстворяя и стирая все следы среди буйной растительности.
Передвижение по таким дорогам и в таких погодных условиях несказанно изнурительно. Каких-то 5 километров от долины Крокодильего озера к востоку от реки Шатхай через район 67 до перекрестка у Крестовой горы на западном берегу реки Поко мощный трёхмостовый ЗИЛ вынужден преодолевать на пределе возможностей в течение дня, без отдыха, оставаясь всё в такой же дали от конечной цели путешествия.
Уже давно свечерело, а они только-только добрались к краю джунглей Зовущих Душ. Автомобиль остановился на берегу широкого ручья, устланном гниющей древесиной. Водитель уснул прямо в кабине, а Киен развесил свой гамак в кузове, улёгся в одиночку.
В полночь спустился дождь. Едва различимая, мягкая как туман завеса дождя падает почти без звука. Ветхий кузовной брезент протекает. Вода неспешно, тонкими струйками стекает на тройные пластиковые мешки с телами погибших солдат, что сложены на дне кузова. Воздух насыщается вязкой сыростью, постепенно просовывает свои длиннющие ледяные пальцы внутрь гамака. Вода струится печально и бесконечно, будто превращая поток времени в звук, слышный то ли во сне, то ли наяву. И во сне и за его пределами царит кромешная тьма, сковавшая влажный воздух. Напитанный влагой ветер тяжело вздыхает. Само собой возникает ощущение, что машина вот-вот двинется с места, и колёса закрутятся плавно и молчаливо, не нуждаясь ни в моторе, ни в водителе – одинокий лунатик на лесной дороге. И, едва различимое в шуме ручья, раздаётся тяжёлое дыхание джунглей, невероятно далёкое и призрачное, словно отголосок ушедшего времени, словно шорох листвы, опавшей давным-давно...
Эту местность Киен знает назубок. Именно здесь в конце сухого сезона 1969 года – сезона, исключительно бедственного для всего фронта Б3 – отдельный батальон 27, тот самый злополучный батальон 27, был взят в окружение и уничтожен практически до последней боевой единицы. Киен был одним из десяти счастливчиков, выживших в том страшном, варварском бою...
В тот сухой сезон нещадно палило солнце и дули ветра, лес был насквозь пропитан вязким бензином, вспыхивал всепожирающим пламенем. Разбросанные на местности роты пытались перегруппироваться, но вновь и вновь были рассеяны противником. Напалм выкуривал всех из блиндажей, обращая в безумцев. Солдаты, командиры – не было больше отличий – с криками бросались навстречу стене из пуль, падали навзничь, умирали в море огня. Вертолёты зависали вплотную к вершинам деревьев, и, почти упираясь дулами пулемётов в затылки, расстреливали вьетнамских бойцов одного за другим. Кровь взрывалась потоками, брызгала во все стороны, с бульканьем превращалась в грязное месиво. Посреди джунглей, на поляне в форме челнока - той самой поляне, где, говорят, трава до сих пор не нашла в себе духа расти вновь – размозжённые тела, разбросанные где попало, с клёкотом испускали в небо кровавый пар.
- Лучше умереть, но не сдаваться... Братья, лучше умереть...! – закричал командир батальона, и это был крик сумасшедшего. С лицом, бледным от страха и безумия, он поднял пистолет и на глазах Киена выстрелил себе в голову, вышибая мозги из ушей. Киен онемел, крик «о-о-о» застрял в горле. Американцы неслись навстречу, с автоматами наперевес. Пули сыпались плотной стеной, как рой огненных пчел. Киен громко всхлипнул, опустил пистолет и, схватившись за бок, рухнул на землю. С остановками, оборот тела за оборотом, скатился в пересохший ручей, забрызгивая горячей кровью пологий склон.
В последующие дни полчища ворон заслонили небо. После ухода американцев начался сезон дождей и лес затопило. Поле боя превратилась в болото тёмно-коричневой жижи, подёрнутой кроваво-красной плёнкой. На поверхности покачивались обгоревшие, раздувшиеся трупы людей и диких животных вперемешку с ветвями и стволами деревьев, срезанных артиллерийским огнем. Когда вода спала и под действием солнца всё покрылось слоем вязкой грязи, распространяя вокруг омерзительный запах тухлого мяса, Киен с трудом переместился ниже по ручью. Изо рта и раны безостановочно сочилась кровь, кровь мертвеца – холодная и склизкая. Змеи и многоножки проползали по телу. Дух Смерти касался его своей рукой.
С тех пор никто и никогда больше не упоминал о батальоне 27, хотя то смертельное поражение породило бесконечное множество призраков, что бродят теперь по всем углам и оврагам джунглей, вдоль ручьев, не желая возвращаться в мир иной. До того безымянные джунгли, тёмные и выдыхающие миазмы, стали называть джунглями Зовущих Душ. Достаточно лишь услышать название, чтобы волосы встали дыбом. Иногда, возможно в дни каких-то праздников в мире душ всех умерших, уничтоженный боевой состав батальона вновь собирается на поляне, словно для переклички. Звуки ручья и аукающего в горах ветра и есть голоса солдатских душ, которые люди в мире живых могут услышать и понять.
Киену рассказывали, что по ночам в этой местности можно услышать птичьи голоса, оплакивающие кого-то совсем по-человечьи. В самом деле есть такой вид птиц, хотя никто никогда их не видел, потому что они не умеют летать, а лишь могут кричать. И нигде больше на плато Тэйнгуен не найти побеги бамбука, подобные местным. Здесь они вырастают пугающе красного цвета, такого красного, что напоминают собой сочащиеся кровью полоски мяса. Ещё здесь светлячки достигают ненормально огромных размеров. Кое-кто видел вокруг светлячка ореол света подобный сиянию начищенной солдатской каски, а то и ярче.
Здесь, как стемнеет, голоса деревьев сливаются с ветром, издавая стонущие мелодии духов. И никто не может привыкнуть к этой призрачной музыке, так как в джунглях нет двух одинаковых уголков и не бывает двух одинаково тёмных вечеров. Возможно, именно лес и горы, а не человек, породили на этой земле жуткие истории и первобытные в своей дикости предания о только что прошедшей войне. В общем, трусливому человеку трудно прижиться здесь. Жизнь здесь может свести с ума или истощить до смерти - от ужаса.
Именно поэтому в сезон дождей 1974 года, когда полк Киена нашёл укрытие в этом районе, ребята из его разведвзвода побеспокоилась об установке алтаря и тайком провели поминальный обряд по задержавшимся в джунглях душам солдат батальона 27. Днём и ночью горели благовония.
А ведь ещё надо было позаботиться и о душах местного населения. На том самом месте, где этой ночью стоит ЗИЛ, есть следы тропы, ведущей в деревню Хюи. Когда полк 3 проходил в этих местах, деревня уже была разорена, не осталось ни единой живой души. Страшный недуг и затянувшийся голод истребили под корень жизнь в этом краю. Тем не менее, покрытые язвами призраки, без клочка одежды на голых телах, заполняли собой горные поля и разносили запах гниения в воображении солдат. Полк отрядил людей залить бензином и сжечь дотла остатки деревни, чтобы полностью дезинфицировать местность, но даже после этого бойцы продолжали бояться и не осмеливались приближаться к деревне из-за страха столкнуться с привидениями и подцепить проказу.
В один из дней Малыш Тхинь из первого батальона рискнул пойти в деревню и посреди пепелища подстрелил очень большого орангутанга. Понадобилось четыре человека, чтобы оттащить животное к шалашам разведвзвода. Но, Боже мой, когда орангутанга разложили на земле и начали сбривать волосяной покров, то взорам солдат явилось толстое женское тело, испещрённое язвами, местами серое, местами неприятно-белое, и лицо с выпученными глазами. Охваченные ужасом, ребята Киена с криками отпрянули в стороны, побросав приготовленные котелки и разделочные ножи. В полку никто не поверил в эту историю, но тем не менее она правдива. Команда Киена выкопала могилу и, как подобает, по-доброму схоронила «того человека», но ведь судьба всё равно возвращает причинённое зло. Через некоторое время Малыш Тхинь был убит. И, один за другим, каждый в свою очередь, погибли все ребята из взвода Киена. В живых остался один лишь Киен. Всё." 


По силе воздействия это сравнимо только с вьетнамским же фильмом "Сезон порывистых ветров", который в свое время показывали по телевизору.
humanitarius: (Default)
  Но и бытовавшая в Византии "стратиотская" армия была вовсе не свободна от своих недостатков. Основная проблема состояла в том, что представители «титульной нации» в Византии были из рук вон плохими солдатами, и сами это прекрасно понимали. Более трусливые, менее искусные, менее выносливые, чем любые другие их соседи. Иногда у византийцев появлялись талантливые полководцы, а вот хороших солдат, увы, не появлялось. С безжалостной откровенностью хронисты фиксируют множественные примеры поражений из-за низких моральных и боевых качеств солдат, на факт заведомой слабости своих воинов указывают и византийские стратеги в руководствах по ведению войны… Как можно было с этой проблемой справиться, не привлекая иноземных наёмников? Византийские императоры не нашли лучшего выхода, я, если честно, тоже его не вижу. Так что не от глупости, а от безысходности нанимали чужие войска.

Где именно авторы византийских военных трактатов указывают на факт заведомой слабости своих воинов? 
Какой именно из этносов Восточной римской империи автор считает "титульной нацией"? 
Слыхал ли он что-либо об обстоятельствах создания фемной системы и ее реформировании в XI веке?
humanitarius: (Default)


humanitarius: (Default)

В Рязани они учились, что ли...  

humanitarius: (Default)
 

Проблема обеих чеченских войн в том, что за это время высшее руководство и парламентарии так и не удосужились оформить правовое поле этой войны.

Военные, которых бросили в чеченское пекло, были фактически вне закона.

Нигде в конституции нет понятия «зона контртеррористической операции». Сей юридический эвфемизм, прикрывавший по сути проведение крупномасштабной войны по усмирению мятежной провинции, лишал военных какого-либо юридического прикрытия.

Одно дело вести боевые действия в зоне официально объявленной зоной военных действий и совсем другое пытаться воевать на территории, где не введено даже «чрезвычайное положение», а за все годы войны это положение так ни разу здесь и не было введено...

...В этих обстоятельствах штурм того же села «Комсомольское», где засела банда Гелаева, в ходе которого село, превращённое в опорный пункт, было просто стёрто с лица земли не законен и преступенКак преступны удары авиации по густонаселённому городу или действия «спецназа» в чеченских лесах.

Прежде чем судить того же Ульмана, нужно было посадить на скамью подсудимых того же придурковатого Грызлова или жополицего Зюганова, которые по очереди имея большинство в Думе так и не ввели в Чечне чрезвычайное положение, не создали здесь правовое пространство.

Я не собираюсь обелять армию и ханжески заламывать руки.

В ходе этих войн погибло огромное количество ни в чём не повинных мирнных граждан. И чеченцев и русских. Но нужно отдавать себе отчёт, что в тех условиях иначе быть просто не могло.

Вооружённые Силы по умолчанию не приспособлены для решения внутриполитических задач. Их главная функция – защита страны от внешнего врага. Для внутреннего врага есть МВД, Внутренние Войска, ФСБ, специальные законы, регламентирующие их права и обязанности.

Но кто виноват, что к 1999 году всё это развалилось, и лишь армия оказалась способна защитить страну от растаскивания её террористами и фактического распада? И делала это так как была способна. Без современного оружия, без денег на обучение, без топлива, без зарплат она фактически на одном энтузиазме

Эти суды должны потрафить вечно недовольному Западу, которого, как бы не кочевряжились наши отцы-руководители, они откровенно побаиваются, и чей город Гаагу они объезжают за сто километров.

Всё это не вызывает ничего кроме омерзения и глубокого разочарования.

По чести Путин должен взять на себя ответственность за армию фактически приведшую его к власти. Какая бы она не была, другой армии у России тогда не было. И эта армия сделала почти невозможное. После проигранной первой чеченской войны, после позора и предательства она смогла защитить Россию, сокрушить Ичкерию и спасти страну от Развала.

И как верховный главнокомандующий, оставляя свой пост, не оставлять за спиной в тюрьмах людей брошенных по его приказу в печку войны, и обладая правом амнистировать – помиловать всех, кто служил ему.

Впрочем, я отдаю себе отчёт в своей наивности.

Конечно он этого не сделает…



... и поражаюсь, чего здесь больше - наивности или сознательного нагнетания истерики? 

Что, это Зюганов имел полномочия вводить где-то чрезвычайное положение?  Или все-таки Ельцин и Путин, которые возглавляли государство и исполнительную власть в стране? 
Что, прямо совсем-совсем не было никакого правового обоснования для действий армии в Чечне? Или все-таки полномочия военнослужащего где-то описаны? 
Кадровому военному все-таки не мешало бы знать, что все действия армии подчиняются юридическим нормам.
Ульман расстрелял беззащитных людей, и это - преступление по военным законам. Он сделал это, повинуясь приказу старшего начальника - и это было основание для снятия с него ответственности. Но в розыске сейчас Ульман, а не Перелевский, потому что Путину совсем не хотелось разбираться в армейских делах по-настоящему. Гораздо интереснее  было летать на самолетах, выходить в море на подводной лодке и командовать ракетными пусками.
Главная вина режима как раз в том, что он оставил армию в покое, не стал ворошить гнилое болото с круговой порукой некомптетентных и безответственных карьеристов.   
А вовсе не в том, что не помиловал тех, кто с полным на то основанием отказывается признавать себя виновным и раскаиваться в том, чего не делал.
Вот группа вконец ошалевших от путинского бряцания словесами карьеристов и маразматиков на полном серьезе предлагает присвоить Путину звание Героя России. В аккурат в день оглашения приговора Аракчееву и Худякову. А ведь находятся же люди, полагающие Шаманова и Варенникова выдающимися военно-политическими мыслителями. 
 
Товарищи патриолоялисты,  запишите себе куда нибудь: Путин - это Ленин Ельцин сегодня
И сразу станет гораздо легче
 
humanitarius: (Default)

В который раз высказано мнение, которое витает в воздухе с 1990 года: вот после такого казуса, армия и приходит в политику

Между тем, пришедшая в политику армия - это гражданская война.  В России пришедшая в политику  армия - это не спортивный капитан Санкара или добровольно ушедший в отставку Веласко Альварадо.
У нас армия в политике - это озлобленная и мстящая за унижения и оскорбления Добровольческая армия и приказ Деникина: ввиду чрезвычайных обстоятельств пленных не брать.  
У них тоже были свои стадии унижения и предательства - Приказ №1, солдатские комитеты и сдающие офицеров на расправу комиссары Временного правительства.

Интересно, понимают ли это красные сейчас 




humanitarius: (Default)
всегда интересно было бы представить изобретение многих вещей тогда, когда это уже позволял уровень техники, а не тогда, когда это случилось  
Это из комментов к прекрасному посту [profile] antoin  о конкистадорах. 

Но я не об этом. 
Военное  дело античности развивалось причудливыми зигзагами, подходя к высокоэффективным специализированным решениям и резко сворачивая с перспективного направления.

Так было со многими организационными формами и видами вооружения, которые потом возвращались на новом историческом уровне. 

Римская цивилизация, весьма консервативная по своей природе, уже имела  большинство типов вооружения и знала организационные формы, которые потом развивались в Средневековье.  
Глубокие закрытые шлемы с гребнями жесткости, ламеллярный панцирь, кольчуга, комбинированный кольчато-пластинчатый доспех,  длинный меч-спата, длинная кавалерийская пика-контос, арбалет - это все Рим знал. 

Было и еще кое-что, что Рим знал, но не использовал. Это была длинная македонскакя пехотная пика-сарисса и порожденный ей тип античной тяжелой пехоты - фалангиты.  
Фалангиты появились в IV . до н.э. как попытка заменить недостающих и дорогостоящих гоплитов более дешевым человеческим материалом. Вместо самодостаточных состоятельных граждан полиса - поставить в строй бедных общинников, не имеющих ни полисного самосознания, ни традиции гоплитского сражения, ни средств на экипировку. 
Ключевым оказалось сочетание защитного снаряжения легкой пехоты (легкий щит-пельта, шлем, шнурованные башмаки) и длинной 6-метровой пики с узким наконечником. Первые шеренги можно было составить из более защищенных воинов в гоплитских панцирях и поножах, которые защищали воина в том случае, если врагу удастся подойти щит в щит. 
В лобовой атаке фалангиты были неотразимы: первая шеренга упиралась сариссами в щиты врага и фиксировала их, вторая по команде наносила синхронный удар в обход щита. Остальные обеспечивали прикрытие первой шеренги от прорыва наиболее решительных врагов.
Некоторой слабостью фалангитов было слабое защитное вооружение, которое не защищало от камней и дротиков. Но в течение III в. до н.э.  они получили хорошо защищающие лицо развитые эллинистические шлемы, панцири-тораксы, поножи. 
  
Это был важнейший и наиболее эффективный на поле боя вид эллинистической пехоты,  который был способен своей атакой решить исход сражения, разрушив основу вражеского построения. На поле боя фалангиты взаимодействовали с пехотой иных типов.

Однако Рим фалангу не использовал - для этого Республике не хватало организованности и военного профессионализма. Ополченцы были просто неспособны как автомат перестраиваться в сверхплотный строй и по команде как один бить огромными пиками.  
За основу при реформировании римской пехоты в IV-III в. до н.э. был взят другой тип эллинистической пехоты - тюреофоры.  Они изначально также не имели пригодного для ближнего боя доспеха, но для компенсации слабости их вооружили не длинными пиками, а ростовыми щитами. "Тюреос" буквально означает "дверной". 
Врага первоначально забрасывали дротиками, а потом атаковали и резали мечами. Это прекрасно действовало против слабо оснащенной доспехами варварской племенной пехоты, в исполнении умелых военачальников сработало и против профессиональных войск Карфагена. 

А потом началось исправление ситуации. Рим богател, армия профессионализировалась, и в имперское время бывший нищий тюреофор обрел вместо примитивного шлема-пилиона развитой имперский шлем,
мало в чем уступающий бургиньоту,  пластинчатый доспех или кольчугу,  поножи, в III в. длинный кавалерийский меч-спату.  Тактика кровопролитной резни на мечах требовала усиления и увеличения площади доспеха.
Легионарий Империи был дорог, в отличие от дешевого тюреофора Республики, и имперских легионариев было мало. 25-30 легионов на всю страну - этот всего 150 тысяч элитной тяжелой пехоты, которую невозможно собрать в один кулак. Еще столько же было разных ауксилий - но они были или стрелками-метателями, или более легким аналогом легионариев. 
Легионарии несли непозволительно большие потери в сражениях с германскими варварами и персами.  Элитной пехоты было очень много, и она одновременно была слишком малочисленной  на поле боя.  Римские военачальники перетасовывали пограничные легионы, формировали из них сводные вексилляции и перебрасывали на угрожаемые направления. 
В результате  полевой легион сократился до примерно 1000 чел., из которых около 400 человек (первые 4 шеренги) составляли  скутаты - тяжелые мечники с доспехах, а за их спинами стояли различные метатели с луками, пращами и дротиками.  Такая пехота прекрасно держала фронт и обеспечивала все более мощной и многочисленной коннице возможность маневра - но она же не могла сама обеспечить победу в полевом сражении без больших потерь. Меч-спата и топор могли причинить гораздо больший ущерб, чем старый античный меч-кинжал, и скутатам было проще оставаться на месте и перебрасываться с врагом дротиками, чем атаковать и опрокинуть его.

В принципе Рим имел средство для повышения устойчивости своей пехоты. Но для этого нужно было отказаться от вооружения скутатов дротиками, а вместо того дать им длинные пики. Но пока армия побеждала, такая мысль в голову не приходила - зачем? А когда стала проигрывать сражения, потребовалось время для критического взгляда на римскую военную организацию. 
Длинные пики появились уже в новой, сформированной с нуля имперской пехоте IX-XI вв. Но военные поселенцы-стратиоты не  могли использовать пику как наступательное оружие - им для этого не хватало дисциплины и боевого духа. Только стоять в строю и прикрывать стрелков и метателей от конницы врага. От пехоты нужно было прикрывать уже их самих 
humanitarius: (Default)
 
ТУТ 


Ходить по кругу можно долго.  Я скажу только о военном аспекте. 
Полис - это сообщество равноправных граждан, которые владеют участками земли, позволяющими им приобрести комплект гоплитского вооружения. Совокупность землевладельцев-общинников в полом вооружении - это и есть полис. Форма правления в этом полисе - уже второй и не столь важный вопрос.   
А гоплитский доспех - это очеь трудоемко и дорого. Вот такой в IX - VIII  вв. до н.э. могли позволить себе только богатые люди. А вся остальная масса общинников могла только смотреть, как эти бронзовые люди, неуязвимые для копий и дротиков, сражаются друг с другом.

Даже в V в.. когда благосостояние граждан выросло, количество сограждан, способных приобрести вооружение, увеличилось, и все стало гораздо доступнее, гоплитский доспех стоил годового заработка ремесленника.  А еще нужен был раб, чтобы тащить на себе доспехи в походе, кормить воина и обеспечивать ему бытовые условия. Иначе он много не навоюет.
И в течение V в. доспех постепенно облегчался и удешевлялся: упростился до совершеннейшего примитива шлем , который и шлемом-то не называли. А от остального защитного вооружения мог остаться только щит. Но это дешевый облегченный вариант. А качественный и недешевый - непременно с панцирем и хорошим шлемом 


И все равно на Марафонское поле вышло 10 000 гоплитов, а во время переворота 411  г. до н.э. вы Афинах насчитали только 5 000 человек, имеющих гоплитский доспех. На 40 000 взрослых граждан, 140 000 прочих афинях, 70 000 метеков и несколько сотен тысяч рабов.  
Последние - ключ к разгадке. Вся эта красота была возможна только в обществе с высокотоварной экономикой, с широким использованием труда рабов. Не зря греки держали в своих руках морскую торговлю. 

А теперь сравним с восточнославянскими племенами IX - Х вв. н.э. Где здесь товарная экономика? Где  многочисленные рабы на полях? Где широкая торговля сельскохозяйственной продукцией? Откуда возьмутся многочисленные воины в шлемах и кольчугах, с мечами, а с середины Х в.  - обязательно верхом? Комплекс вооружения в это время не демонстрирует склонности к облегчению и упрощению: еще столетие - и появятся классические рыцари в полных польчугах и закрытых шлемах.

Где, наконец, упоминание о них в источниках? И почему полисные ополчения не свернули шею княжеским дружинам - ведь последние насчитывали по несколько сотен воинов? 
Единственный возможный ответ: их просто не было. Единственная военная сила на Руси - это княжеская дружина. Все прочие - потенциальные обозники и защитники стен.

Разумеется, патриотизм заставит вспомнить широкое использование на Руси пеших ополченцев. Этот тезис активно использовали в 1940-х гг.: Родину у нас полагалось защищать широким народным массам.

В свое время, сдерживая рвотный рефлекс редактируя текст Шпаковского про бронехоббитов европейский путь развития военного дела в проклятой варварской стране на Руси,  я проверил несколько ссылок Кирпичникова на применение пехоты. Никакой пехоты там не было - были пешие воины в лесу или при осадах.  
До появления огнестрельного оружия пехоте в Восточной Европе было просто нечего делать. Одно дело - собраться под руку князя, присоединившись к его дружине, и сходить на ладьях в набег на Царьград.  И совсем другое - тащиться куда-то пешком под тяжестью оружия. 
Конница в товарном количестве доедет гораздо быстрее, спешится где надо и решит исход дела сама. 

Где-то так  
humanitarius: (Default)
Казалось бы, какой смысл делать пальто с раскрытой грудью? Ведь оно же должно защищать от холода! 
Всех, конечно, перещеголяли советские товарищи, которые сочинили очень теплую овчинную подстежку и съемный овчинный же воротник  для двубортного плаща с открытой грудью. Каким местом они думали - уму нерастяжимо.

Позавчера наблюдал печальную картинку: четверо курсантов в шинелях мышиного цвета шли навстречу ледяному верту, пытаясь подбородками прикрыть рубашки с убогими галстучками. По ушам им хлопали развевающиеся на ветру отвороты шинелей.
К чему это я? Вот к этой
картинке  

April 2012

S M T W T F S
1234 567
8910 11121314
15161718192021
22 2324252627 28
2930     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 06:42 am
Powered by Dreamwidth Studios